ani_al (ani_al) wrote,
ani_al
ani_al

Categories:

История сопротивления отца, препятствующего трансгендерному переходу дочери

Когда в прошлом году я писала об историческом деле Киры Белл - женщины, прошедшей транс-переход в подростковом возрасте, а затем отказавшейся от трансгендерности и вернувшейся к жизни в своем биологическом поле, которая выиграла суд против клиник гендерной идентичности и остановила массовое подсаживание детей на блокаторы пубертата в Британии, очень многие комментаторы написали мне, что в таких делах виновата не столько система здравоохранения, сколько родители этих несоверщеннолетних детей. “Куда смотрели родители?” “Судить надо, прежде всего, родителей, которые допустили такое “лечение””.

Я пыталась объяснить, что родители далеко не всегда виноваты в сложившейся ситуации, и, более того, практически не имеют рычагов управления жизнью своих детей, коль скоро последние попали в лапы системы.
Чтобы объяснить, как работает эта система, можно давать ссылки на законы и подзаконные акты разных стран, которые следуют политике гендерной самоидентификации, но картина не будет такой четкой и понятной, как если проиллюстрировать ситуацию конкретным примером.

И вот, как раз совершенно свеженький кейс из Канады, прямо с пылу с жару.
16 апреля в Британской Колумбии посадили в тюрьму на 6 месяцев мужчину, который не дал согласия и пытался препятствовать трансгендерному переходу своей 13-летней дочери.
6 месяцев тюрьмы!

Теперь подробнее о самом деле. Перечислю голые факты.
История началась несколько лет назад. Родители девочки были в разводе, и дочь жила с матерью, но отец поддерживал отношения с ребенком и принимал участие в ее жизни.
В 13 лет у девочки начались психологические проблемы и, узнав на уроках по секс-образованию (довольно радикальная программа секс-просвета школьников, которую многие критикуют за транс-пропаганду - называется: SOGI 123) в своей школе о гендерной дисфории и возможности поменять пол, она обратилась к школьному психологу. Психолог подтвердил сомнения девочки в ее истинном поле, она выбрала себе новое, мужское имя, и с этого момента в школе ее стали называть этим именем и применять к ней мужские местоимения. Все это происходило без ведома и согласия родителей.
В 14 лет девочка, которая уже год проходила социализацию в своей школе как мальчик, рассказала своей маме о том, что она родилась “не в том теле” и хочет сделать трансгендерный переход - хирургическую операцию и начать принимать тестостерон, делающий внешность человека более маскулинной. Врачи и психологи подтвердили необходимость такого “лечения”, мама решила поддержать своего ребенка и вместе они подписали все необходимые документы и запустили процесс.

На этой стадии о происходящем узнал отец девочки. Он выразил свое несогласие с таким лечением, которое приведет к необратимым повреждениям здоровья его дочери, и задействовал все легальные способы борьбы. Писал письма, жалобы, подавал в суд. Везде ему было отказано. Из клиники, в которой уже проходила лечение его дочь, ему пришло официальное письмо, говорившее, что ребенок сам имеет полное право подписывать медицинские документы и решать вопросы, связанные с его здоровьем. Клиника всегда ратует за то, чтобы родители поддерживали свое чадо на пути трансгендерного перехода, но если родители выступают против, то их согласие не требуется. И клиника имеет право не ставить в известность родителей о лечении и не раскрывать медицинскую информацию их детей, если дети не дают на это согласие.

Исчерпав все юридические возможности, отец решился предать историю огласке. Дело получило резонанас во всем мире. Тогда отца вызвали в суд, посадили на скамью подсудимых (хотя никакого преступления он не совершал) и, обращаясь к нему “обвиняемый”, строго-настрого запретили: называть свою дочь дочерью не только в лицо, но и в разговоре с третьими лицами; использовать имя, данное девочке при рождении; использовать в ее адрес женские местоимения; обсуждать ее переход и медицинские подробности; уговаривать дочь прекратить прием гормонов; публиковать какие-либо документы, связанные с переходом его дочери; общаться с прессой и давать интервью.
В постановлении суда так и написано: “Если вы будете называть свою дочь дочерью и применять к ней женские местоимения, вам будут предъявлены обвинения в семейном насилии”.

Отец проигнорировал требования судьи, за что 4 марта был заключен под стражу как особо опасный преступник до даты рассмотрения его дела в суде. А 16 апреля, уже отсидев 1,5 месяца в камере предварительного заключения, он был признан виновным и отправился в федеральную тюрьму на 6 месяцев. Причем прокурор запрашивал 45 дней и учесть уже отсиженное время, но судья посчитал такое наказание несоразмерным совершенному преступлению и увеличил срок в 4 раза.
Отец девочки, имя которого запрещено называть в канадской прессе постановлением суда и которому запрещено общаться с журналистами до окончания срока его заключения, так объяснил свою позицию накануне суда: “Вот я, сижу здесь как родитель и смотрю, как совершенно здорового ребенка разрушают, и я не могу ничего с этим сделать, кроме как сидеть в сторонке, как велит мне судья Боуден. Я могу либо одобрить это, либо я буду брошен в тюрьму”.

“Они создали иллюзию и заставляют родителей жить в заблуждении. Но что произойдет, когда пузырь лопнет и иллюзия рассеится… Она никогда не сможет снова стать девочкой с тем здоровым телом, которое у нее должно было быть… Эти дети не понимают. Какой 13-летний подросток задумывается о своей будущей семье и детях?”
“Что я буду за отец, если через 10 лет она будет делать обратный переход и спросит меня: “Почему ты ничего не сделал, чтобы остановить это? Никто из вас не захотел рисковать своей шкурой, чтобы помочь мне тогда””.

Вот вам пример того, как родитель вступил в борьбу за своего ребенка, пошел до конца и сел в тюрьму, но ничего не смог изменить.
Благодаря этому мужчине у нас есть два важных документа, которые он опубликовал вопреки запрету суда.
Это форма, которую дают на подпись несовершеннолетним детям, прежде чем те начинают делать транс-переход. Там нет никакой личной информации его дочери, стандартная форма на три листа, в которой описываются последствия “лечения”.

И второй документ это письмо из больницы, в которой родителя уведомляют о том, что они очень сожалеют, что он не поддержал транс-переход своего ребенка, но его согласия вовсе и не требуется, достаточно желания и подписи ребенка.
Оба документа я загрузила в свой телеграм-канал во избежании бана здесь. Ссылка на мой канал - в первом комменте.
В форме согласия на прием тестостерона черным по белому написано, что прием гормона будет пожизненным и что долгосрочные последствия приема тестостерона неизвестны и могут нести непредсказуемые риски для здоровья.
Среди необратимых последствий приема тестостерона, которые остануться у девочки, даже если в будущем она откажется от этой терапии, указаны следующие: низкий голос, усиленный рост волос на лице, руках, ногах, груди, животе, выпадение волос на висках и макушке, возможно и полное и необратимое облысение головы, изменение гениталий, в том числе рост клитора до 3 см, сухость влагалища.

Среди рисков для здоровья указаны: развитие сердечно-сосудистых заболеваний, гипертония, высокий холестерин, риск сердечного приступа и удара в связи с аномально высоким для женского организма уровнем гемоглобина, который повышается до мужской нормы вследствие приема тестостерона, высокий риск диабета и ожирения внутренних органов, повышенный риск развития онкологических заболеваний. Отдельно указано, что невозможно предугадать последствия воздействия тестостерона на фертильность - высока вероятность, что способность иметь детей будет полностью утрачена в будущем, даже если курс приема гормона будет прекращен.

Вот такой документ дают на подпись ребенку и это называется “информированное согласие на лечение”.
Во втором документе, напомню, сказано, что ребенок, в состоянии понять последствия, пользу и риски лечения и дать информированное согласие на медицинские манипуляции, а родители не могут наложить свое вето на это решение. Документ подписан врачом и социальным работником клиники.

В 13 лет ребенок не имеет права покупать сигареты и алкоголь, голосовать, водить машину, но может принимать решения, которые повлияют на его судьбу и здоровье на всю оставшуюся жизнь.
Обязательно почитайте эти документы в моем телеграм-канале, я запостила их с кратким переводом для тех, кто не читает по-английски. Именно за их обнародование сейчас сидит в тюрьме герой моей публикации. Это документ эпохи!
Отец девочки настаивал на оказании ребенку психологической помощи, призывал не проводить экспериментального лечения до наступления совершеннолетия.

Дело в том, что, по статистике, 85% детей, у которых наблюдается нарушение гендерной идентичности, после прохождения пубертата и по достижению совершеннолетия отказываются от транс-перехода и полностью излечиваются от дисфории.
Вместо того, чтобы дать детям пройти через полноценное половое созревание, им, начиная с 9-10 летнего возраста, прописывают блокаторы пубертата, якобы чтобы поставить половое созревание на паузу и дать ребенку время самому выбрать, в каком поле дальше жить.

Как следствие, 99% детей, которые остановили половое созревание с помощью препаратов, не проходят пубертат и не излечиваются от дисфории, а спустя несколько лет приступают к следующему этапу лечения - операциям и гормонам противоположного пола.
Но и сами блокаторы пубертата наносят здоровью непоправимый вред: замедляется рост тела, человек, не прошедший полноценный пубертат, теряет рост и имеет хрупкие кости, что делает его уязвимым к раннему развитию остеопороза и переломам костей. Данные исследований о необратимом влиянии блокаторов пубертата на здоровье человека были опубликованы клиникой Тависток по распоряжению суда в Британии, когда Кира Белл выиграла дело против клиники. Все перечисленные факты я взяла из этого исследования.

Если резюмировать, то получается, что в странах, которые проводят политику гендерной идентичности - Self ID, родители практически утратили право голоса в вопросах будущего и здоровья своих детей.
У родителей, по сути, выбор стоит между полным принятием того, что хочет ребенок, который находится под влиянием и получает поддержку от авторитетных институтов - школы, врачей и социальных работников - или потерей контакта с ребенком, возможно даже потерей самого ребенка или, как в данном случае, получением тюремного срока. Неудивительно, что матери часто выбирают первый вариант и готовы подписать, что угодно, лишь бы не утратить связь с ребенком. Тем более, что сопротивление бесполезно и может привести к еще более трагическим последствиям.

Лист 1. Итак, вот эта форма “Информированного согласия на прием тестостерона при гендерной дисфории”, которую дают на подпись детям в Канаде и которая стала достоянием гласности благодаря отцу трансгендерного ребенка Роберту Хугланду (мы тут не в Канаде и имеем право игнорировать распоряжения канадского суда и называть этого человека по имени). Роберта Хугланда, как я уже писала выше, за публикацию этого документа и отказ называть свою дочь сыном посадили в тюрьму на 6 месяцев.

Все мы слышали лозунги “Трансженщины это женщины”, “Трансмужчины это мужчины”. То есть буквально женщины и мужчины, и утверждать иное это “bigotry”, то есть фанатизм.

В первых же абзацах документа, составленного клиникой по лечению гендерной дисфории, мы читаем: причина гендерной дисфории науке неизвестна, возможно влияние генетики или окружающей среды, но так или иначе от пациента требуется понимать, что “даже несмотря на то, что я чувствую себя частично или полностью мужчиной, я генетически, физически и биологически женщина”.

“Я понимаю, что прием тестостерона не изменит мой генетический пол и мои внутренние репродуктивные органы”.

То есть буквально в документе говорится, что пол поменять нельзя - все лечение сводится к тому, что внешне человек смещается к тому полу, принадлежность к которому он чувствует в данный момент. И не более того. Люди эту форму подписывают, а потом бегут в Твиттер и пишут: “Трансженщины это женщины”, “Трансмужчины это мужчины”. Это заведомая ложь, которую не подтверждают даже врачи, занимающиеся трансгендерными манипуляциями. Но публика покупается на обман.

Во втором абзаце речь о препарате - Лупроне, блокаторе пубертата. Этот препарат применяется для химической кастрации педофилов, а заодно предлагается детям для того, чтобы остановить половое созревание, а дальше перейти к следующей стадии лечения - гормонам противоположного пола.

Четвертый абзац начинается с того, что ребенок должен подтвердить, что понимает, что применение тестостерона для лечения гендерной дисфории у малолетних пациентов это новое эскпериментальное лечение и долгосрочные последствия такого лечения неизвестны.

Потом перечисляются пункты долгосрочных последствий и рисков от тестостероно-терапии у женщин:

Прежде чем, внешность будет заметно маскулинизировано возможно придется принимать тестостерон 2-5 лет, причем уровень маскулинизации внешности невозможно предсказать.
Измения, которые не уйдут, даже если прекратить принимать гормон: низкий голос, усиленный рост волос на лице, руках, ногах, груди, животе, выпадение волос на висках и макушке, возможно и полное и необратимое облысение головы, изменение гениталий, в том числе рост клитора до 3 см, сухость влагалища
Обратимые последствия: сильная угревая сыпь и угри, оставляющие на коже шрамы, распределение жира по мужскому типу - рост жировой ткани на животе, уменьшение на бедрах и ягодицах.

e470736b-2284-4ff3-9d3c-f34e0423f77c

​​Лист 2. Второй лист “Информированного согласия на прием тестостерона при гендерной дисфории” гласит:

4. Фертильность пациента под вопросом. Одно из возможных последствий лечения - полная потеря фертильности на всю жизнь.

5. Грудь уменьшится в размерах, но останется женской. То есть ее придется удалять хирургически.

6. Риск сердечного приступа: развитие сердечно-сосудистых заболеваний, гипертония, высокий холестерин и ожирение внутренних органов.

9. Риск сердечного приступа и удара в связи с аномально высоким для женского организма уровнем гемоглобина, который повышается до мужской нормы вследствие приема тестостерона.

10. Высокий риск диабета, пониженный ответ организма на инсулин

11. Повышенный риск развития онкологических заболеваний: яичников, молочных желез, матки и шейки матки.

12. Хрупкость стенок влагалица, которая может привести к повреждениям, разрывам и кровотечениям. Повышенный риск заражения ЗППП.

13. Сильные головные боли и мигрени.

14. Перемены в настроении: раздражительность, злость, фрустрация. Возможно потребуется помощь психотерапевта.

15. Тут о социальных последствиях перехода - буллинг, потеря близких людей и семьи.

2

​​Лист 3. Третий (заключительный) лист “Информированного согласия на прием тестостерона при гендерной дисфории” гласит:

17. Тестостерон придется принимать пожизненно.

18. Медицинский эффект и безопасность тетсостерона до конца не изучены, и могут быть долгосрочные риски для здоровья, которые до сих пор неизвестны.

Ну это к уже перечисленным рискам, которых и так уж немало.

3

Это письмо, адресованное отцу транс-ребенка Роберту Хуглэнду, от детской больницы за подписью доцента клиники и социального работника.

Лист 1.

В первом абзаце говорится, что клиника понимает, что у отца ребенка другое мнение по поводу способности 14-летнего ребенка принимать осознанное решение относительно лечения без согласия обоих родителей и что отец не согласен на предложенное лечение.

Далее представители клиники указывают на то, что по законам Британской Колумбии, несовершеннолетний ребенок может давать информированное согласие на лечение, если медучереждение удовлетворено его пониманием природы, пользы и рисков предложенного лечения и уверено, что лечение отвечает лучшим интересам ребенка.

Если эти два условия выполнены, то право соглашаться на лечение безраздельно принадлежит только ребенку. Родители могут играть роль друзей или советников, но не могут наложить вето на решение ребенка.

Наша команда решила, что ваш ребенок достаточно зрел и развит, чтобы дать согласие на лечение, несмотря на тот факт, что ему всего 14 лет.

Мы всегда боремся за то, чтобы родители поддержали предложенный курс лечения, однако при сложившихся обстоятельствах решать соглашаться или отказываться от лечения будет только ребенок: ни вы, ни мать ребенка не можете принять этого решения за него.

4

​​Письмо, адресованное отцу транс-ребенка Роберту Хуглэнду, от детской больницы за подписью доцента клиники и социального работника.

Лист 2.

Клиника отклоняет просьбу отца предоставлять информацию о медицинских манипуляциях над его ребенком.

Дееспособный ребенок, как взрослый, имеет право сам принимать решение относительно своего лечения и контролировать свою медицинскую информацию, и без согласия ребенка клиника не может раскрыть эту информацию даже родителям и опекунам ребенка.

Клиника обещает поговорить с ребенком и спросить, согласен ли он на предоставление своей медицинской информации отцу.

Клиника готова отсрочить начало лечения тестостероном на две недели, чтобы у отца было время оспорить заключение психолога о необходимости такого лечения или законность согласия ребенка на лечение в суде.

В заключение, специалисты выражают надежду, что отец когда-нибудь дорастет до принятия и поддержки своего ребенка на пути трансгендерного перехода.

5

[источник](все материалы Maya Guseynova взяты из телеграм-канала https://t.me/mayaguseynova)



Tags: дети, касается каждого, мировое закулисье, террор, фашизм
Subscribe

promo ani_al march 2, 2013 20:08 52
Buy for 100 tokens
История приключений маленькой грустной пуси Вершинина и его подружки Кочневой http://ani-al.livejournal.com/796227.html (пуся фашист) http://ani-al.livejournal.com/808920.html (мое) http://ani-al.livejournal.com/795183.html (уголовное преступление пуси)…
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment